Новый полуприцеп тракторный реализуется дилером.

К. Гордеев

ИСТЕРИЧЕСКИЙ ТУПИК,

или КТО РУЛИТ В РОССИИ, И КАК С ЭТИМ ЖИТЬ?

 

Вопрос, вынесенный в заголовок статьи, совсем не так банален, как кажется на первый взгляд, а автор не так туп, как это может подумать особо сообразительный читатель. Речь здесь вовсе не пойдет о том, чтобы вспомнить фамилии нынешнего, прошлого, позапрошлого и предыдущих руководителей страны. Они оставили по себе в народе такую память, запачкались такими делами, обагрили руки такой кровью, что их имена позабудутся не скоро. Во всяком случае, пока живы свидетели их преступлений, об этих людях помнить будут.

В стороне также останется и обсуждение того, откуда все эти, мнящие себя цветом нации, господа родом. Отмотав в памяти четверть века назад, без труда вспоминаешь, что когорта советских элит, приведшая к кормилу госвласти М. Горбачева с последышами — чубайсами, гайдарами, ельцинами, березовскими, абрамовичами, ходорковскими, басаевыми, дудаевыми, путиными и медведевыми, — вся без исключения состоит из партноменклатуры (КПСС, ВЛКСМ, КГБ и сопутствующей им еврейской мафии).

«Революция вторых секретарей», как они сами написали о себе и горбачевской «перестройке» в своем анонимном манифесте, опубликованном во второй половине 80-х в «Огоньке». Этим объясняется все: на государственный олимп рванулись импотенты, самостоятельно не способные ни к какой созидательной деятельности, но при этом агрессивно жадные, завистливые, остервенело и нетерпеливо требующие всех благ по максимуму, глубоко презирающие непричастных к своей корпорации-касте, не отягощенные нравственными принципами и ко всему прочему с долговременно-устойчивыми родственными и служебными зарубежными связями в кругах, которые сегодня принято ассоциировать с так называемым «глобальным управлением» и которые всегда рассматривали Россию с завистливой ненавистью, как богатейшую территорию, «не по праву занятую русским народом».

Таков обобщенный портрет генераций российских управленцев-«демократизаторов», декларировавших в разные времена свободу, прогресс, развитие, «глобализационное лидерство», а на деле приведших страну, власть в которой они похитили, к полному краху.

Так что, с чисто формальной точки зрения, все произошедшее с нашим Отечеством и каждым из нас в отдельности может быть объяснено провалом советской идеологии, нравственным разложением советских элит и «недобросовестной конкуренцией» со стороны глобальных финансовых групп (ГФГ). Хотя последних, абстрагировавшись, понять, вообще говоря, можно: купить управленцев-предателей из верхнего эшелона власти (буде такие обнаружили свое существование) неизмеримо дешевле и проще, чем тратиться на какое бы то ни было соревнование в военной, политической и экономической областях.

Поэтому, хотя у автора статьи и есть представление о том, что глобализационный проект реализуется по заранее составленному и тщательно продуманному плану 1), однако в нулевом приближении действия нынешнего и предыдущих российских руководств вполне хорошо объясняются и без поисков среди них собственно антироссийского заговора. Алчность, нажива, коррупция, оголтелый карьеризм в глобальной властной вертикали, холуйская беспринципная готовность исполнять любые инструкции заокеанских нанимателей — всего этого вполне достаточно, чтобы описать и понять, основную мотивацию тех, от кого оказалось зависимым развитие событий в России в ближайшем будущем.

И, соответственно, следует прекратить взывать к их совести и здравому смыслу, ожидая, что они вдруг что-то там «осознают и переменятся». Все прошедшие 25 лет эта генерация руководствовалась и действовала в логике сугубо персональной выгоды, каковую, как ей казалось, представляли работа по найму на ГФГ, банкротство СССР (позже РФ) и распродажа сначала советской, а потом и российской собственности. И остановить их на этом поприще, возможно смогут только гибель в порожденной ими катастрофе или страх при возникновении ее реальной угрозы.

Посмотрим, как далеко они (и мы вместе с ними) отстоим от этого неприятного момента. Но сначала несколько предварительных замечаний.

За прошедшие полтора столетия со времен создания марксистской теории исторического материализма сильно изменилось представление о том, как устроена и развивается социальная система. И речь здесь идет даже не о том, что возникли иные обобщенно-философские модели, типа попперовской, фукуямовской или фантазий Аттали. Роль всех перечисленных и подобных им «игр ума» исключительно мировоззренческая: объяснить, адаптировать в мышлении современников происходящие и уже произошедшие изменения, собрать их в более или менее целостную и непротиворечивую идеологическую парадигму.

Гораздо более важным является становление второго, чисто процессуального направления в изучении социума и путей его развития, рассматривающего общество, не с точки зрения традиционной философской догматики, но рафинированно системно, т.е. как и любую другую самоорганизующуюся 2) структуру физического мира. Подобный подход позволил сделать историю человечества объектом исследования и описания таких научных дисциплин, как кибернетика и синергетика, нашел для нее место в теориях самоорганизации и катастроф. Но, самое главное, на основании полученных там результатов появилась возможность создания методологий и даже технологий управления и манипулирования изменениями в социальных средах в желательную для манипулятора сторону.

Фактически, открылся доступ к сознательному изменению социальной системы — вот она, реализованная мечта К. Маркса! — и, до определенной степени, к управлению историческим процессом. Само собой, что широкую публику (да и значительную часть научного сообщества) о подобных возможностях оповещать не стали, представляя на суд общественности лишь готовые, демонстративно прикладные решения в виде всякого рода экономических и управленческих теорий, да различные псевдо-обоснованные мифы, типа всяких «Пределов роста» 3) и иных продуктов Римского клуба и ему подобных.

Осознавая существование таких разработок, несложно понять, что инструкции, которые задавали направленность деструкционных действий советско-российских ренегатствующих (по сути компрадорских) элит, носили вовсе не случайный характер. С точки зрения самоорганизации, государство представляет собой сложную инфраструктуру (или целостную совокупность инфраструктур), удерживающую социальную систему, образованную произвольно движущимися составляющими, от хаоса посредством упорядочивающих и согласующих силовых воздействий, среди которых непосредственно принуждающая составляющая имеет меньшую значимость, чем координирующая. Убери их, и социум рассыплется, распадется на части, разорвет себя самого изнутри.

Возьмем для начала М. Горбачева с его «перестройкой». Какими бы он и современные штатные историки ни пытались представить этот период, важнейшими его результатами являются: 1) перевод российской науки на «хозрасчет и самофинансирование», 2) «конверсия», 3) создание коридора для оборота финансов и товаров между западными рынками и «уполномоченными товарищами» (советским псевдо-частным сектором, сформированным из упомянутой выше партноменклатуры), но ЗА ПРЕДЕЛАМИ контроля со стороны собственно государства.

Итог прост до безобразия. В результате перечисленных действий оказался полностью разрушенным базис российского государства. Оставшись без финансирования, был подорван научный потенциал. Это обернулось сокращением и полным прекращением научно-технологических разработок (как актуальных, так и перспективных), впоследствии приведшее, с одной стороны, к бегству из страны подавляющего большинства лучших ученых вместе с их достижениями, а с другой — к ликвидации целых отраслей промышленности и сельского хозяйства.

Полностью была уничтожена и тяжелая промышленность — основа любого государства, — т.к. конверсионная экономическая действительность разрушила прежние связи между предприятиями (подавляющее большинство из которых в силу сложившейся специфики социальной системы принадлежало к ВПК), не дав образоваться новым. Заложенная таким образом прочная основа хаотизации общества впоследствии — уже в постперестроечный период — обернулась полным разрушением экономики, беспрецедентной безработицей и прочной зависимостью «российского региона» от его заокеанских колонизаторов.

Ну, и, наконец, третьим «достижением» «эпохи Горбачева» стала перекачка госсредств (включая и «золото партии») в частные, но «надежные руки», в количествах, достаточных для организации «оранжевой» революции. Не сложно увидеть, что на тогдашнем советском пространстве происходили все те же процессы, что и в сегодняшних арабских государствах Севера Африки и на Ближнем Востоке: резкий, ничем не обусловленный дефицит важнейших продуктов и товаров, на ровном месте выросший и обострившийся сепаратизм, взращенное в массовом сознании желание социальной «перезагрузки» и «начать с чистого листа». При этом следует прочно иметь в виду, что внешние подрывные элементы действовали в полном «консенсусе» с внутренними. КГБ в этот период не столько боролось со шпионами и диверсантами (не говоря уж о диссидентах), сколько в массовом порядке направляло своих сотрудников (вместе с другими партаппаратчиками) осваивать частное предпринимательство.

Так что к 90-му году Россия в лице СССР уже получила смертельное ранение. Не случайно в благодарность «за труды» Ротшильды с Рокфеллерами учредили для М. Горбачева специальный фонд (чтоб «штаны на все последующие времена было на что поддержать»). Ибо тем, кто пришел ему на смену, добить страну было «делом техники».

Во весь Ельцинско - Гайдаровско - Чубайсовский период, несмотря на множество красивых и научных слов, сказанных его лидерами о самих себе, никаких «рыночных реформ» не происходило. Шло разворовывание национального достояния управляющей — все той же! — партноменклатурой, добивались рудиментарные экономические связи советского периода, массово под разговоры о «шоковой терапии» производился социальный хаос.

Это гайдаровское «ноу-хау» по своему смыслу представляло собой комплекс мероприятий умерщвления всего, не сумевшего приспособиться к «шоковым условиям», что в ситуации, когда ключевые жизненные ресурсы оказались переданными (именно переданными — практически даром!) в руки узкой группы лиц, означало неспособность остальных конкурировать с ними и обреченность позволять узурпаторам манипулировать с социумом по своему усмотрению. Естественно, что ни о какой демократии, ни каком «создании рынка» речь при подобной системе управления идти не могла. Фактически же, в этот период происходило формирование колониальной деспотии со всеми присущими ей атрибутами: возникновением небольшой компрадорской элиты, действующей по типу корпорации, занятой распродажей богатств своей страны, и брошенной на вымирание, полностью бесправной, хаотизированной всей остальной частью населения.

За годы ельцинского периода национальное промышленное производство, за исключением добывающих отраслей, было ликвидировано полностью. Население — дезориентировано, ограблено махинациями с финансовой системой и люмпенизировано. Армия — деморализована и приведена в состояние небоеспособности. Социальные институты превращены в муляж. Страну пропустили через террор бандитизмом, пару внутренних (чеченских) войн, пару организованных финансовых дефолтов, спровоцированное восстание 93-го года, позволившее физически выявить и уничтожить всех тех, кто на тот момент мог оказать сопротивление «реформаторам».

Ельцинское государство отказалось от национальной Конституции, открыло политику заместительной демографии, выстроив между собой и народом прослойку из выходцев с Кавказа и Средней Азии. Безработные, челноки, бездомные, ограбленные жилищной приватизацией, гастарбайтеры, неустойчивые и рвущиеся межчеловеческие и деловые связи — вот составляющие, обеспечившие неуклонно нарастающую в обществе (и тогда, и сейчас!) турбулентность.

Строго говоря, к моменту ухода с политической арены самого Б. Ельцина факторов, удерживающих Россию от превращения в дикие земли, а ее народы в толпы социально дезориентированных людей, осталось совсем немного. Во-первых, собственно российская территория, для передачи которой новым хозяевам ельцинская администрация не успела (не смогла, не захотела, побоялась — подставьте по собственному усмотрению) создать правовой механизм. (В скобках замечу, что этот пункт был главной претензией нанимателей к первому президенту РФ, начавших подыскивать ему замену уже с момента выборов 1996 года).

Во-вторых — армия, деморализованная, небоеспособная, но ... вооруженная.

В-третьих — народ, дезориентированный, разобщенный, вымирающий, но ... в недостаточной степени, чтобы массово и полностью утратить свою национальную и социальную идентичность. Т.е., грубо говоря, помнящий все еще о самом себе, кто он и откуда родом. А если к сказанному добавить, что все государственные структуры, включая силовые, армию, чиновничество на тот момент были сформированы из этих «иванов, помнящих свое родство», то существовавшая проблема «населения российских территорий» по значимости ничуть не уступала для колонизаторов проблеме самой этой, не переданной им во владение, земли.

В-четвертых, незавершенность начатых работ по превращению «россиян» в «счастливых рабов «нового мирового порядка» (формирование госрегистра населения, раздачу всем социальных номеров, создание инфраструктур, полностью сопряженных с глобальными для управления новой корпоративно-сетевой общемировой социальной системой).

И, соответственно, в-пятых, в-шестых и в-седьмых, в силу неразрешенности первых трех факторов остались, как структурообразующие, в экономике — госкорпорации (параллельно продолжающие перекачивать за кордон, российские сырьевые ресурсы), системы образования — здравоохранения — соцобеспечения, как непосредственно задействованные в изменении массового сознания, и чиновно-административный аппарат, включая силовые структуры, для осуществления собственно управления необратимостью социальных изменений.

Если теперь взглянуть на день сегодняшний, сплошь состоящий из плодов, наработанных в путинско-медведевское десятилетие, то совсем не сложно увидеть, что перечисленные выше шесть факторов, удерживающих российское общество, как структуру, устранены процентов на 90:

1) Территория РФ активно отчуждается и передается под множеством различных предлогов и поводов (как правило, «исключительно в интересах России и развития инновационных производств») транснациональным корпорациям (ТНК) и ГФГ. Собственно, «декрет о передаче земли в собственность иностранным гражданам и фирмам» был первым, с которого начал свое президентство В. Путин (к слову, второй, впоследствии отмененный, был посвящен снятию с боевого дежурства и утилизации ракет «Воевода» — «Сатана»).

2) Армия разоружена и перестроена настолько, что всерьез способна восприниматься только уж совсем карликовыми государствами. Вот лишь небольшой ряд примеров. Ликвидирован (физически!) — некогда гордость советских вооруженных сил — атомный подводный флот стратегического назначения. Превратились в посмешище для всего мира пуски ракет дальнего радиуса действия, которые теперь «летают, куда хотят и как им вздумается». Расформированы, разукомплектованы, рассеяны наиболее боеспособные части армейского спецназа. Разрушена система управления войсками. Боевая подготовка личного состава сведена почти к нулю. Служба в армии превращена в систему ломки личности, наподобие той, что производится в местах заключения. Положено начало замене национальных частей иностранными наемниками и «дикими дивизиями». Произведен отказ от национальной системы вооружений в пользу оружия натовского (читай — потенциального противника).

3) Уровень осознанности населения опущен, что называется, «ниже плинтуса». А само оно запретительными законами полностью лишено способности к самостоятельным действиям. Доминирующими ощущениями в обществе сделаны удовлетворение / неудовлетворенность от потребления и страх (в т.ч. за свою жизнь, за жизнь близких, утратить существующий уровень комфорта и подобное названному). Спецтехнологиями промывки мозгов из людей выбиты в подавляющем большинстве все интересы, кроме животных. А превращенные в фантом системы образования и здравоохранения обеспечили в массе устойчивое разрушение интеллекта и здоровья. (К примеру, одно из последних исследований показало, что 30% россиян, некогда самого грамотного народа Земли, убеждены во вращении солнца вокруг нашей планеты).

4) Государственный регистр населения создан, раздача глобальных соцномеров и персональных чипов начата уже практически, системы интеграции со всемирными структурами управления «счастливыми рабами» (электронная власть) созданы, как на законодательно-правовом поле, так и чисто физически — от возможности полностью перейти на безналичную финансовую систему расчетов до полного контроля социальной активности каждого очипованного «биообъекта».

5) Оставшиеся из вышеназванных три фактора, удерживающих российское государство от распада, находятся в состоянии актуального (т.е. по мере необходимости) демонтажа. Так, принято решение и запущен процесс приватизации госкорпораций и растаскивания их на осколки по региональному признаку. Естественно, что скорость и результативность выполнения этой «спущенной сверху» инструкции полностью подконтрольна и управляема: надо будет — ускорят, не надо — замедлят.

Успешно развалена и система российского образования (в советские времена — одна из лучших в мире, а теперь — поставившая на поток полуграмотных и вовсе невежественных «ЕГЭ-образованцев»). Действительно, зачем «счастливым рабам» грамота? Довольно с них и того, что подпись поставить смогут, пальцем в клавиатуру потыкать да персональный идентификатор наизусть запомнить.

С прямо противоположным должному эффектом работает система здравоохранения, занимаясь не столько оказанием медицинской помощи (да и не могут ее оказать большинство современных полуграмотных специалистов — квалификация не соответствующего уровня), сколько проведением чисто чиновничьих мероприятий, зачастую весьма сомнительного свойства, типа прививки всем, кому ни попадя, ото всего, что в голову взбредет. Последнее особенно хорошо коррелирует с утверждением Б. Гейтса о том, что с помощью специально подобранных (читай, геноцидных!) вакцинаций будет произведена корректировка численности населения 4). Или вот, например, использование медучреждений, как фактора обязывания и привязывания граждан России к их персональным электронным ошейникам — самая что ни на есть «медицинская задача», в которой собственно медицина оказалась полностью замещенной полицейско-бюрократическими функциями.

Единственное, что не деградировало, а даже разрослось, так это силовые структуры и бюрократический аппарат — последние опоры, поддерживающие целостность российской социальной системы, «гарантия ее незыблемости». Их даже вроде как перевооружили по последнему слову и охарчили, сколько было возможно. Однако внутри вынужденно и искусственно раздутой мощи этого «костыля устойчивости» общества также укрыт и механизм его практически мгновенного и тотального разрушения (о чем еще пойдет речь ниже).

А дальше все — конец, хаос, переход под полное «управлением международным сообществом» с последующим истреблением коренного населения, заключенного в резервации, и заселение «деловых оазисов» «номадами» 5) «нового мирового порядка». И хотя реализован этот последний взрыв будет руками представителей все тех же ренегатствующих российских элит, однако ключи от искусно созданной ситуации и ее контроль в данной последней фазе окажутся совсем не в их руках, а во всей полноте далеко за пределами России.

Собственно, в этой почти катастрофической точке российской истории мы сейчас и находимся. Однако при всем ее трагизме, нынешний момент избавлен от груза предопределенности, давления прошлого, стертого, выработанного, распроданного руками наемных «реформаторов». Перед лицом разверзшейся пропасти, перед лицом небытия возникает та, редкая, можно сказать, исключительная, возможность воспользоваться возникшей развилкой в судьбе 6), не оглядываясь назад, попытаться обратить казалось бы неизбежное падение в преображение и начало грядущего возрождения (хотя, признаться, вероятность реализации этого пути и крайне низка).

Назовем теперь те задачи, которые предстоит решить, если все же предпринять попытку действовать, чтобы вырваться из пут предопределенности, увлекающей российское общество к гибели. Самой большой и первоочередной проблемой на данном этапе является угроза так называемой «оранжевой» революции. Почему «так называемой»? Исключительно потому, что со времен государственного переворота в СССР в 1991-м году в общественное сознание вбит ложный стереотип об их (этой и последующих, аналогичных — грузинской, украинской и др.) «демократическом» характере. На самом деле во всех подобных случаях без исключения обыгрывалась доверчивая неосведомленность масс, которым в красивой обертке свободы и демократии подсовывалось слегка припудренное учение Льва Троцкого — «мы старый мир разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим: кто был ничем, тот станет всем» (или иначе, тотальный хаос ради последующей тотальной диктатуры, тирании).

Сегодня цепь таких революций прокатилась по странам Северной Африки и Ближнего Востока. Их источник, как и прежде — как и всегда в революциях! — легко обнаруживается в политических интересах вполне определенных групп элит. В качестве действующей силы выступает молодежь. А поводом к началу действий становится искусственно созданная ситуация, вызывающая в самых широких слоях населения крайнюю степень недовольства сложившимся порядком 7) (например, созданный на ровном месте дефицит жизненно важных товаров или продуктов, демонстративная несправедливость или социальное унижение по тому или иному признаку).

Несложно увидеть, что так было при разрушении СССР, таким же путем рушится сегодня порядок в арабских странах.

А что происходит сейчас здесь, в России? За 20 лет власти «демократизаторов» они не только сумели добиться крайней степени разобщенности в обществе людей, сугубо опущенных ими до ограниченных животными похотями потребителей. Еще они талантливо нагенерировали в социальной системе атмосферу тотального страха и ненависти, обращенной не только друг к другу, но и в гораздо большей степени к ним самим. Пенсионеры ненавидят нынешнюю российскую власть за то, что их ограбили и унизили. Нищие, которых в России 90% — за ту яму безнадежности, в которую их загнали. Безработные (включая и тех квалифицированных специалистов, которых реформаторы вынудили сменить профессию, дисквалифицироваться) — за невозможность жить в обществе достойно, с уважением к себе и своему делу. Молодежь — за отсутствие перспектив, за массовое образование, не позволяющее стать современным профессионалом. Русские — нациеобразующий народ государства — за демонстративное двухдесятилетнее унижение национального достоинства, за откровенное надругательство над чувством самоидентификации. Обыватели — за жизнь в вечном страхе перед произволом «начальствующего»: от соцработника, нависшего ювенальным дамокловым мечом над детьми, до кобенящегося от «властных полномочий» чиновника, до «блюстителя порядка», позволяющего себе практически безнаказанно творить все, что вздумается, будучи уверенным, что «закон», отданный в руки теперешних судействующих, всегда встанет на сторону причастного к власти.

Это — данность объективная. А субъективно, словно по некоему сигналу и вполне скоординировано, в течение целого года происходило взращивание и культивирование ненависти к силовым структурам, все мерзости которых демонстративно и навязчиво удерживались в фокусе социальной пропаганды. «Вдруг» в феврале 2011-го всплыли ко всеобщему обсуждению, исходя из кругов высшей государственной власти, декларации, что пенсионная реформа провалилась, что денег на пенсии нет (А. Кудрин, который также вместе с этим утверждал, что и экономику развивать не на что). А незадолго до этого (в ноябре-декабре 2010-го) прозвучала инициатива, что пенсионеров вообще следует переселить на госсодержание, отобрав у них их недвижимую собственность (Медведев — Голикова — Собянин). Как бы на ровном месте Минобрнауки явил к обсуждению совсем уж бредовую реформацию стандартов образования (хотя казалось бы, что ничего хуже их же, фурсенковской, ЕГЭ-дебилизации и придумать нельзя). Вновь и вновь на разных уровнях в течение этого же периода заводился разговор о некачественности российской высшей школы (можно подумать, что ей эту систему не сама власть навязала!) и о необходимости замещения национальных ученых высокооплачиваемыми варягами. Параллельно непрерывно происходило муссирование тревожных предчувствий, связанных с переходом к платному образованию (плюс ожидаемое сокращение школ, учителей и т.п.), платной медицине и их «бесплатной» альтернативе по «универсальной карте» «счастливого раба» — очевидно и безоговорочно вредной, как для физического, так и интеллектуального здоровья (не говоря уж о душепагубности жизни в прозрачном аквариуме, под прессом сатанинской морали и концлагерным номером вместо имени).

Но и этого мало. Зимой 2011 года в СМИ была начата кампания по дискредитации «партии власти» вместе с ее лидером «президент-премьером» В. Путиным. Направленная на них критика, обрушенная на голову обывателю, разумеется, соответствует и действительности, и той роли, которую упомянутые выше сыграли в судьбах российского общества и государства. Вот только проходит все это на фоне героизации М. Ходорковского, демонстративно осужденного со всеми возможными нарушениями правосудия, но тем не менее давшего уже немалое количество интервью с «советами постороннего» госадминистрации и вполне серьезно рассматриваемого, как кандидата на получение президентской амнистии (т.е. бывшему главе «Юкоса» и «Менатепа» кем-то вполне сознательно формируется имидж «мученика» и «духовного лидера оппозиции»). А население тем временем разогревается посленовогодней галопирующей инфляцией, очередным скачком цен на коммунальные услуги и транспорт, запредельной стоимостью — дороже импортных бананов! — на такие основные продукты питания, как картофель и капуста. Да и генеральная репетиция молодежных волнений успешно была проведена в декабре 2010 года в Москве на Манежной площади.

Сказанное позволяет с высокой степенью вероятности предполагать, что до последней российской, аннигилирующей, революции остались считанные недели (наиболее ожидаемый ее срок — вероятно, апрель-май 2011 г.). Вполне понятно, что ее застрельщиками выступят «лево-правые» 8) оппозиционеры (от Немцова 9) до Лимонова), что, буде к тому времени М. Ходорковский помилован, его естественным образом превратят в символ выступлений «за свободу, справедливость и демократию».

Очевидным также является тот факт, что в качестве ударной силы по уже апробированному в арабских мятежах сценарию в мясорубку кинут молодежь, принеся ей в жертву столичных кавказцев и азиатов, которые изначально для этой цели и были предназначены, когда «демократизаторы» «гостеприимно» располагали их в специально отведенной им буферной нише между правящими элитами и унижаемыми основными массами коренного населения. При этом национальный оттенок этих будущих столкновений является дополнительным фактором, по сути катализатором, запускаемых таким образом процессов, нацеленных на погружение территорий российского государства в хаос. Ибо столичным столкновениям немедленно откликнутся резонансом аналогичные противоборства во всех провинциях разом, а национальные автономии объявят о своем суверенитете.

Словом, все, как происходит сегодня в Северной Африке и на Ближнем Востоке и при том по самому худшему из возможных сценариев — ливийскому. Что этому можно противопоставить, и вообще возможно ли вмешаться в текущий ход событий?

Строго говоря, ситуация, возникшая в результате реализации многолетнего хорошо продуманного и в достатке профинансированного сценария внешних режиссеров, заботливо взращенная по их инструкциям «туземными» наемными менеджерами, является ПОЧТИ детерминированной. Однако в узкой щели этого «почти» кроется залог разрыва предопределенности. Что необходимо?

Во-первых, наличие национально-ориентированного (не путать с этно-ориентированным) крыла среди представителей российских элит, группировки, не сидящей на финансовой игле западных ТНК и ГФГ и связывающей свой успех с подъемом и становлением национального государства. Это действительно необходимое условие, в отсутствие которого все дальнейшие рассуждения бессмысленны. (Реализацию сопутствующей составляющей — достаточности, заключающейся в «революционной активности масс» — обречены обеспечить уже не имеющие возможности для иного маневра ренегатствующие компрадоры).

Во-вторых, если первый пункт выполняется, то предстоит обеспечить условия ухода из сфер управления государством лиц, запятнавших себя, как агентов агентов-проводников политической воли ТНК и ГФГ. Крайне желательно, чтобы это также осуществлялось без прихватывания ими с собой национального достояния, и так их трудами значительно оскудевшего.

В-третьих, нельзя допустить, чтобы на волне выступлений власть перешла в руки «лево-правых», играющих в связке с компрадорами, как их системная альтернатива, и являющихся главными действующими лицами в предстоящей реализации плана по раздуванию «большого пожара».

В-четвертых, получив власть упомянутым выше представителям национально-ориентированного крыла элит предстоит в первую очередь обеспечить восстановление и поддержание порядка в обществе, достижение мирных соглашений с готовыми восстать национальными автономиями и сформировать «правительство национального спасения».

Ну, а дальше? Дальше тяжкий труд по выруливанию из той погибельной воронки, куда увлекают за собой все человечество некрократы из доминирующих на сегодняшний день ГФГ и ТНК.

Хотя все сказанное ниже и является «писанным по воде вилами» — жестко обусловленным успешностью упоминавшегося «разрыва предопределенности», — однако все же следует назвать хотя бы принципы того направления, которое, возможно, выведет из сегодняшнего «истерического тупика».

Начнем с того, что главной исторической ошибкой некрократов является их решение о существовании ненужных им «лишних» людей («ничего не производящих и потому бесполезных для элит дармоедов, на которых жаль тратить средства жизнеобеспечения»), о возможности заменить этих «бесполезных» окружением достаточного количества «разумных» неживых автоматов (роботов, киборгов, големов), посредством сожительства с которыми даже «можно достичь бессмертия» 10). Ложным здесь является все без исключения, что обнаруживает фатальную ошибку в понимании прожектерами нынешнего глобального кризиса эволюции живых и социальных структур.

На самом деле самоорганизация названных систем, происходящая под воздействием некоторого обобщенно силового потока (энергетического, материального, информационного), реализуется исключительно в изменениях системных инфраструктур, затрагивая элементарные составляющие лишь в очень малой степени 11). Из этого следует равнозначное ожидание неуспешности попыток, как переноса личности с одного, «устаревшего», материального носителя на другой, «модернизированный», так и построения «общества нелюдей и кибернежити»: прежнее — живое, человеческое, развивающееся — умрет, а искусственно созданное не обнаружит жизненности 12).

Более того, путь, избранный некрократами, как главный, является завершающей, финальной ступенью в направлении замещения человека «протезирующими» 13) технологиями в процессе его труда. Когда роботы достигнут способностей, равных человеческим, последний автоматически окажется не у дел (подробнее, см. 1)). Возникает тупик, ведущий к гибели социума и человечества.

Естественной альтернативой названной тупиковой ветви социальной эволюции является общество, основанное на развитии способностей человеческой личности. И чтобы, победив сегодня, выжить завтра именно к его построению и следует приложить усилия.

Каким оно должно быть? Во-первых самодостаточным, чтобы быть способным, как поддерживать свою самоидентичность, так и противостоять неблагоприятным и разрушающим воздействиям извне. Во-вторых, открытым, чтобы, активно взаимодействуя с внешним миром, обеспечивать возможности для своего существования и дальнейшего развития. В-третьих, корпоративным, т.е. таким, когда интересы каждого симфоничны интересам общества в целом, и этот каждый понимает, что его личный успех и неудача являются прямым следствием успеха или неудачи всех 14).

Из сказанного следует, что упомянутому выше «правительству национального спасения» после прихода к власти и решения первоочередных политических задач предстоит озаботиться следующим:

1) восстановлением национального хозяйства, в первую очередь, отраслей тяжелой промышленности и сельского хозяйства, чтобы обеспечить основу экономики, создать рабочие места (!!!), устранить угрозу голода, поставить преграду пище, несущей опасность для здоровья;

2) восстановлением хозяйственных связей ВНУТРИ государства, развитием наукоемких отраслей (связанных с микроэлектроникой, нанотехнологиями, химией, машиностроением) и отраслей легкой промышленности;

3) восстановлением образования (с упором на возрождение российской высшей школы) и здравоохранения, которое предстоит вывести на уровень, хотя бы для начала приближающийся к тому, что был во времена СССР;

4) создание системы стратегического планирования развитием социальной системы и координации между участниками национальных научно-производственных программ, которые в перспективе должны охватить (или, если угодно, вовлечь) практически все население страны (это не означает отказ от негосударственных предприятий, а лишь их включенность в проекты, инициируемые государством, на условиях госзаказа или подряда 15));

5) в еще более отдаленной перспективе — разработка систем развития человеческой личности максимально полно раскрывающих ее способности.

Последнее является крайне важным, т.к. недостаточность системного жизненного пространства в силу его ограниченности и исчерпываемости с ростом системы, неизбежно — рано или поздно! — возникающее, как естественная стадия, в процессе самоорганизации, разрешимо только одним путем: созданием (или обнаружением) новых ниш, которыми можно расширить границы существующей. При правильной организации это достижимо посредством конкурентного соревнования, которое в отличие от такового, ведущего в условиях некрократической сети к сжатию структуры вплоть до полного ее исчезновения, напротив может и должно обеспечивать прорывы в возможностях всего человечества в целом, создавать основу для его экспансии в прежде недостижимые области, оборачиваться выходом к высоким ступеням развития (как в сущности и происходит в эволюции живой природы).

Будет ли так? Сможем ли мы пережить самый большой из когда-либо существовавших исторических кризисов? Бог весть... Сначала нужно решить задачи текущие — найти силы достойно выйти из «истерического тупика».

_____________________________

1) См. К. Гордеев. Некрократия — власть нежити (Аннотация — http://www.kongord.ru/Index/Necrocraty/Necrocraty.html, Текст - http://www.kongord.ru/cgi-bin/necrocraty2.pl)

2) Т.е. открытую (активно обменивающуюся веществом, энергией, информацией с внешним миром), глубоко неравновесную, диссипативную (способную как к распаду, так и усложнению своей структуры).

3) Meadows D. Et al. The Limits to Growth. New-York, 1972; Forrester J.W. World Dynamics. Cambridge, Mass., 1971.

4) Б. Гейтс о прививках: «Сначала мы получили население. В мире сегодня 6,8 млрд. человек. Это число возрастет до примерно 9 миллиардов. Теперь, если мы действительно сделаем большую работу по новым вакцинам, здравоохранению, услугам в области репродуктивного здоровья, мы уменьшим его, возможно, на 10 или 15 процентов», Bill Gates, «Innovating to Zero!», speech to the TED2010 annual conference, Long Beach, California, February 18, 2010. Подробнее можно ознакомиться по ссылке http://www.marketoracle.co.uk/Article17644.html, видео — http://www.ted.com/talks/bill_gates.html.

5) В терминологии Ж. Аттали.

6) Точка исторического ветвления, точка бифуркации.

7) Известная ленинская формула «верхи не могут, а низы не хотят ... по-старому» предполагает более глубокие причины социальных изменений, имеющие корни во внутреннем устроении общества, в то время как оранжевые перевороты провоцируются ситуациями, созданными искусственно — злонамеренно или стечением обстоятельств.

8) Левые — по сути, правые — по самоназванию.

9) Кстати, как и лидеры арабских революций, регулярно получающие директивные инструкции из-за океана.

10) Kurzweil R. The Age of Spiritual Machines: When Computers Exceed Human Intelligence. Penguin Books: New York, 1999. Самое свежее: В 2045 году наступит виртуальное бессмертие, http://soft.mail.ru/pressrl_page.php?id=41251

11) Т.е. изменяется их состав и принципы резонанса друг с другом, но не природа.

12) Выйдет из потока, обуславливающего самоорганизацию, т.к. изменится природа материального носителя, образовавшего инфраструктуру.

13) Протезирующими, т.е. заменяющими недостаток собственно человеческих способностей.

14) Специально для возможных критиков: сказанное не имеет никакого отношения к коммунизму — этот же принцип реализуется в функционировании ТНК, партий, церквей, мафии и вообще любых организаций, устроенных по корпоративному принципу. Однако в отличие от дня существующего, когда в корпорацию, отделившую себя ото всего общества, обособилась бюрократия, назвав себя «государством», будущей социальной системе предстоит превратить в корпорацию всю себя целиком.

15) Это не означает также и «надругательства» над «рынком-регулятором», нелепым мифом, основанным на игре слов. Дело в том, что в условиях замкнутых экономических систем (а глобализация привела к тому, что вся планета превратилась в замкнутую систему) самоорганизация неизбежно ведет к монополизации. Таким монополистом-регулятором может стать один из участников рынка (который действует исключительно в собственных интересах) или государство, которое, превратившись в общественную корпорацию, сможет влиять на функционирование хозяйства в своих, т.е. общих, «всехных», интересах. И важнейшее свойство «рынка» — соревнование, конкурс, конкуренцию — это никак не ущемит, а лишь только сделает цивилизованным.