Надежная защита от прослушки телефона.

НЕ ГОНИТЕ ВОЛНУ!
(письмо в редакцию одного собачьего издания)

Редакторы!!! Не надоело кликушествовать?!!

Что вы все разоряетесь: «Ошейник — плохо! Ошейник — плохо! Достаточно простой собачьей клички»? Да он, если хотите знать, ретрограды, создан для нашего собачьего удобства. Ну, что из того, что я сам знаю своего хозяина и служу ему верой и правдой? Надо, чтобы и всем встречным-поперечным было об этом известно, чтобы знали, что и мне право дано есть на общей собачьей кухне типовой обед из стандартной миски. Ошейник, он ведь, как у людей, вроде бейджика-гаврилки. Хозяин вон его носит. И ничего. Зато все знают, на что он власть имеет, а на что нет. И нам, собакам, такой же нужен. Распознаватель! А ну-как случится с моим хозяином чего (не дай Бог, конечно). И останусь я один-одинешенек перед всем миром. А кушать-то хочется. И ночевать надо где-то: чтобы не на помойке или под забором, а по закону — где положено. Вот скажите: как без персонального ошейника меня опознают? Что я — это я, бывший (не приведи Господь!) слуга бывшего хозяина, а не какой-то там бездомный, безнадзорный, подозрительный, которого не то, чтобы накормить, а на живодерню отправить следует?

Или что вам до моей цепи? Не такая, как нужно, видите ли... Какую хочу, такую и имею. И чем новее, считаю, тем лучше! Старые вы, наверное. Потому и ретрограды. Все старые к новому плохо относятся (потому что консерваторы, да и с понималкой, не то что у нас, молодых, видимо, проблемы). Вам бы все ржавые, металлические, конурные, совковые. Чтоб жизнь размеряли от и до: «гавкаю только на длину цепи: на сколько отпущено, на столько и сделал, а конура — моя крепость». Привыкли ограничивать свободу передвижения и стандарты мышления. Нет у вас подвижности, гибкости, понимания момента. Вам бы только следовать за СВОИМ хозяином. Шире мыслить надо, прогрессивнее быть.

Вот я чипом зашился и хожу. Он мне и ошейник, и поводок, и паспорт. От хозяина уже не потеряюсь: он меня тут же через спутник найдет. А не он, так другой. Кто встретится, тот и найдет. И тут же про меня все узнает — и к хозяину отведет, и социальную миску даст, чтоб подкормить, укол от болезни какой сделает, чтоб здоровее был. По этому чипу мне и подружку подходящую подберут (чтоб соответствующие собачьи данные соответствовали!), и за границу по всему миру пустят, и в живодерню по ошибке не заберут (а если заберут, то не по ошибке, а по предназначению), и не накажут, коль не виноват. И вообще все будет по высшей — главней даже моего хозяина — справедливости.

А ВЫ? Ну, куда вы со своей ржавой цепью? Что свободнее меня? Три метра в окружности — вот и вся ваша свобода. Или два метра на поводке у хозяйской ноги. Вот она ваша старая «свобода оставаться собакой». Привыкли к любимой хозяйской руке. Дак ведь и она, в отличие от высшей справедливости ошибается. Возьмет за вашу милую цепь и, любя, как вы любите писать, поучит. А вот до меня с чипом у моего хозяина руки коротки. Пусть сначала с высшей справедливостью свои ошибки согласует: уж как она решит, так и будет — простить, током стегануть или еще чего (безо всякого рукоприкладства). А то тут же обо всем узнают защитники собачьего права, набегут, так что мало не покажется.

И потом, что вы все время врете, что нам, современным, с нашей любовью к новшествам, прогрессу и духу времени, не будет спасения после смерти. Вы о чем? О каком спасении? Ведь помрем же мы. Только здесь мы можем спасаться или не спасаться, жить сладко или горько, а туда ведь отсюда с собой ничего не заберешь. Это вы с вашей цепью, так радеющие о какой-то высокой духовности, не спасетесь. Закоснели. Здесь живете не пойми как, и хотите чтоб все так жили. Да если хотите знать, здесь меня высшая справедливость спасает. И спасет. А помру, как любит повторять главный с нашей псарни, каждому воздастся по вере. Кто во что верует, тому то и будет. Я вот всей собачьей душой за высшую справедливость. Значит, и после смерти мне будет что? — Высшая справедливость. Тем более, что ее гарантом, как говорят, является общий всевышний. Ну, если он общий, то, выходит, старше всех. Ему ли эту самую высшую справедливость для меня не воздать?

Словом, кончай гнать волну!

С не-уважением,

Дог Хундов

 

P.S. А еще, я слышал, что ваша псарня тоже вся под номерами и что все-то ваше издание — лохотрон по заданию Врагов Высшей Справедливости.

Комментарий редакции: Каждая собака достойна своей судьбы: своей жизни и своей смерти. Заботящийся о душе, рискует телом. Радеющий о теле, забывает о душе. Каждый из нас сделал свой выбор, понимая, что грех и добродетель останутся грехом и добродетелью независимо от того, что он о них подумал, и кто ему об этом говорил. Дело, которое так взволновало «волнореза», совсем не в нашем издании и даже не в прогрессе, а в той цене, которой он должен быть оплачен. Автора письма цена его тутошнего комфорта устроила, а нас (и еще многих, кроме нас) — нет. Причем тут волна, если кому-то не хочется не только платить по счетам, но даже и слышать, что расплата неизбежна? Увы, дело «мертвых погребать своих мертвецов».