как рассчитать Стеклянное ограждение на прочность

К. Гордеев

ЧТО СЛЫШНО О ВОСЬМОМ ВСЕЛЕНСКОМ СОБОРЕ?

Среди множества тем, которые православные люди обсуждают при встрече друг с другом, одна стала в последнее время практически обязательной: «Когда будет Восьмой Вселенский (вар., «волчий», «антихристов») собор?». И тревожность таких разговоров в последнее время непрерывно возрастает, когда все большую отчетливость приобретает апокалиптичность происходящих в мире изменений. Отступление официальных структур, называющих себя Церковью Христовой, должно, по мнению многих, стать «последней каплей», «ударом колокола, свидетельствующим о пределе падения и близости кончины мира». Потому и ждут с трепетом новостей по этой тематике.

Ну, и подливает масло в огонь рассуждений тот факт, что хотя подготовка к данному мероприятию ведется с середины ХХ века, однако именно в последние годы, когда на глазах и так зримо воплощаются многие приметы времен, «религиозные лидеры» православных церквей, как они сами себя теперь называют, стали заявлять практически непрерывно, очень настойчиво и с трибун самых разных своих форумов, что соборную «всеправославную» встречу провести «пора бы уже, назрело». И сроки озвучиваются ими самые что ни на есть ближние — «через три года, через два, через несколько месяцев». Словом, вот-вот, завтра, на днях... Попробуем разобраться, как же обстоят дела с этим сегодня.

Начнем с того, что летом 2010-го года патриархи Вселенский Варфоломей и Московский Кирилл договорились на встрече друг с другом, что к декабрю того же года все необходимые согласования для проведения вселенского собора будут решены, и на следующий год «ничто не воспрепятствует скорейшему»... ну, и т.д. Однако намеченное вполне, по-видимому, не осуществилось, потому что уже в апреле 2011-го, сразу после Пасхи, глава экуменической Константинопольской Церкви поспешил созвать региональную встречу средиземноморских патриархов, которой попытался придать некую исключительность ссылкой на то, что в православной традиции собору предстоятелей пяти древнейших церквей — пентархов — были присущи особые, чрезвычайные, полномочия, чуть ли не вся церковная полнота. Ну, а основной побудительной причиной для этой встречи на высшем церковном уровне, которая состоялась 1-3 сентября 2011 г. на Фанаре, были все те же «задержки с проведением» Восьмого Вселенского. Иначе говоря, воз предсоборной подготовки, декларативно сдвинутый год назад, надо понимать, если и тронулся с места, то лишь едва-едва.

О чем на самом деле говорилось и какие решения были приняты на фанарском «соборе пентархов», в точности понять не возможно: информация слишком скудна. Однако, по крайней мере, в виде сухих выжимок она все же отчасти доступна. На сайте Вселенского патриарха опубликованы «Коммюнике заседания предстоятелей древних православных патриархатов и Кипрской Церкви» [1] и «Послание собора предстоятелей древнейших православных патриархатов и Кипрской Церкви» [2]. Существуют также комментарии собора, представленные главой ОВЦС РПЦ МП митрополитом Иларионом (Алфеевым) в виде пары интервью светским журналистам [3, 4]. Собственно, этим список источников, способных что-либо прояснить по данной тематике, и ограничивается. Все иные публикации представляют собой лишь догадки, спекуляции и толкования по материалам перечисленных и потому специального внимания не заслуживают.

Если обратиться к официально опубликованным документам «собора пентархов», то из них следует, что большая часть принятых там решений касалась:

а) необходимости углубления и укрепления «постоянного межхристианского и межрелигиозного диалога с двумя другими монотеистическими религиями (мусульманством и иудаизмом)», «согласно постановлениям Третьего Предсоборного Всеправославного Совещания (1986)»;

б) взаимодействия с представительством православных церквей при Евросоюзе по всякого рода проблемным вопросам;

в) подготовки «экологической» встречи религиозных лидеров Средиземноморья, как реализации усилий по защите природной окружающей среды и «в достижение мирного сосуществования и сотрудничества религий данного региона»;

г) недопустимости «имевших место» нарушений границ юрисдикций между православными церквями;

д) внутрирегиональных хозяйственных и организационных вопросов.

Что же касается собственно проведения Вселенского собора, то в отношении него было зафиксировано всего лишь:

1) что нужно ускорить процесс его подготовки для созыва в ближайшем будущем;

2) что корень существующих препятствий к созыву собора состоит в необходимости достижения единогласия (консенсуса, соборности) в принятии решений;

3) что, ради созыва Вселенского собора, правило, требующее соборности решений, должно быть отменено на соборе патриархов автокефальных церквей и заменено правилом простого демократического большинства.

Комментируя приведенные выше решения «собора пентархов», митрополит Иларион (Алфеев) уточняет, что встреча патриархов пяти церквей носила сугубо региональный характер, что претензии к Московскому Патриархату в саботаже Восьмого Вселенского, укрытые внутри формулировок в п.п. б), г), 2), 3) (см. выше), являются беспочвенными и что никаких реальных препятствий для проведения оного не существует (правда, с одной оговоркой). Суть последней в следующем. Созывая сентябрьскую стамбульскую встречу первоиерархов, патриарх Варфоломей перечислил список вопросов, выносимых на общеправославное обсуждение и утверждение. Вот он [5]:

1. Православная диаспора. Определение юрисдикции православных объединений за пределами национальных границ.

2. Процедура признания статуса церковной автокефалии.

3. Процедура признания статуса церковной автономии.

4. Диптих. Правила взаимного канонического признания Православных Церквей.

5. Установление общего календаря праздников.

6. Правила и препятствия для совершения таинства брака.

7. Вопрос поста в современном мире.

8. Связь с другими христианскими конфессиями.

9. Экуменическое движение.

10. Вклад православия в утверждение христианских идеалов мира, братства и свободы.

Примерно о тех же темах, говорит в своем интервью и председатель ОВЦС РПЦ МП [4]: «Было принято десять тем, по которым велась подготовка в течение всего этого времени... — каноническое устройство православной диаспоры (1), ... вопросы церковного календаря (2), унификация церковных постановлений о посте (3), о препятствиях к браку (4), об отношении Православия к остальному христианскому миру (5), к экуменизму (6), о порядке предоставления церковной автономии (7), об отношении Православных Церквей к актуальным мировым проблемам: политическим, социальным и прочим (8) ... По перечисленным ... восьми темам эти разногласия удалось преодолеть, позиции по этим вопросам были согласованы. Осталось две темы, по которым позиции еще не вполне согласованы: предоставление автокефалии (9) и диптихи (10)».

При этом, согласно позиции Московской Патриархии, «Собор может быть проведен по тем восьми темам, которые уже согласованы. А те две темы, по которым пока не существует согласия, можно оставить на послесоборный период». И иерархи РПЦ МП вполне «готовы принимать участие в Соборе по восьми согласованным темам при условии, что будет проработан протокол Собора, повестка дня, будет определена его конфигурация, состав делегаций от Поместных Православных Церквей, потому что все эти вопросы требуют обсуждения, поскольку в межправославном предсоборном процессе они еще никак не обсуждались».

Иначе говоря, и незачем Вам Святейший Варфоломей так нервничать: в главных и принципиальных вопросах патриарх Кирилл с Вами разделяет не то, чтобы одно только демократическое большинство, но и находится в полном консенсусе, согласии и соборном единстве. Так что в любой момент он готов принять участие во Вселенском соборе, чтобы в едином духе с Вашим Святейшеством и апокалиптическими веяниями времени сего утверждать догматы обновленного православия, а именно:

А вот что касается власти и влиятельности, то тут уж, извините, «табачок врозь». Потому как, хотя у нас в православии и нет единой иерархической вертикали, однако буде дело дойдет до унии — а оно дойдет, иначе и быть не может, ибо уния является самым прямым и ближним следствием из тех самых, перечисленных, решений обсуждаемого вселенского собора, — то именно этот, обретенный в толкании друг друга плечами вес станет залогом и близости к папскому престолу, и будущих финансовых преференций в дележе «общерелигиозного» пирога. Гешефт, одним словом.

Митрополит Иларион будет, конечно, спорить, что автор данной статьи передергивает, что ничего такого он не говорил и что, если кто-то не захочет переходить на григорианский календарь (ну, так же, как и на богослужение на русском языке), то никто к сему никого принуждать и не станет — ибо в православии теперь торжество демократии и плюрализма мнений. Однако Церковь Христова не шизофренична: по-прежнему стоит не о двух истинах в одной голове. Поэтому когда поверх одной практики, одной традиции мостится другая (ну, совсем как собянинский асфальт в Москве), то это означает лишь только то, что либо старая, либо даже обе они вместе обречены на разрушение и уничтожение. И потому и новый богослужебный язык, и новый календарь, и новая трактовка традиции (Канонов от святых апостолов, отцов Вселенских соборов и Вселенских учителей) вводятся вовсе не для расширения прежних, а как апостатическая ревизия православного вероучения, призванная вытеснить и заместить установления Церкви, существующие от ее начала, закрепленные ее соборным опытом, защищенные святыми прежних времен от тлетворных посягательств еретиков.

И потому в близкой неизбежности Восьмого Вселенского собора и последующих, соответствующих ему изменений церковного уклада автор данной статьи нисколько не сомневается. Причем наиболее убедительным аргументом в пользу подобного заключения являются вовсе не подковерные интриги патриарха Варфоломея против патриарха Кирилла, а именно спокойная уверенность митрополита Илариона, в том, что все для всееретического сборища готово, и остались лишь согласование технических вопросов да политическая воля, которая во дни «нового мирового порядка», как правило, сводится к спущенному сверху императиву: «Собраться и провести в ... (такой-то) ....срок».

Так что случиться сие действо может в любой момент, чтобы окончательно закрепить и узаконить все уже совершившиеся деструктивные изменения в функционировании церковной структуры. И прав владыка Иларион, говоря всем «нетерпеливо ожидающим» собора:

«Что же касается опасений по поводу того, что Всеправославный Собор окажется «антихристовым», хотелось бы отметить: весь процесс подготовки этого Собора достаточно прозрачен. От Всеправославного Собора не следует ожидать каких-либо радикальных решений, которые не были бы подготовлены и заранее озвучены» [4].

_________________________

[1] «Коммюнике заседания предстоятелей древних православных патриархатов и Кипрской Церкви», http://www.ec-patr.org/docdisplay.php?lang=en&id=1367&tla=ru

[2] «Послание собора предстоятелей древнейших православных патриархатов и Кипрской Церкви», http://www.ec-patr.org/docdisplay.php?lang=en&id=1366&tla=ru

[3] Митрополит Волоколамский Иларион: «Рекомендации, принимаемые частью Церквей по общеправославной тематике, не могут быть обязательными для остальных», http://www.patriarchia.ru/db/text/1616880.html

[4] Митрополит Волоколамский Иларион рассказал журналистам о перспективах созыва Всеправославного Собора, http://www.patriarchia.ru/db/text/1619245.html

[5] Почему верующие Русской Православной Церкви до сих пор не оповещены о позиции священноначалия по вопросам предстоящего Всеправославного Собора?, http://www.blagogon.ru/news/151/